+7 (495) 151-84-87

г. Москва, м. Кропоткинская

О социальной фобии

О социальной фобии

30 марта, 2021

О социальной фобии

Социальная фобия

Социальная фобия – тревожно-фобическое расстройство, проявляется в виде иррационального страха совершать любые действия, которые могут сопровождаться вниманием со стороны посторонних людей (публичные выступления, занятия чем-либо, если со стороны наблюдают, прием пищи в общественных местах, посещение общественного туалета, общение с посторонними людьми и др.). Человек, страдающий социофобией боится оказаться в центре внимания, боится получить негативную оценку своих действий окружающими людьми, и всячески избегает подобных ситуаций.

Не всегда социальная фобия имеет конкретную ситуационную причину своего возникновения. Встречается у лиц любого пола, возраста и социальных категорий. Расстройства могут инициироваться в подростковом и юношеском возрасте, как следствие психогенных факторов и прогрессировать в течение всей жизни.

Стоит учитывать, что многие ситуации, вызывающие страх у социофоба (например страх выступать публично), часто встречаются и у лиц, без данного расстройства. Сталкиваясь с пугающей ситуацией, человек испытывает симптомы тревоги. Однако одни люди могут не предъявлять жалоб на соматические расстройства, но испытывать сильный страх, опасения за исход предстоящего события. Говорить о наличии синдрома социофобии можно, если тревога вызывает значительный дискомфорт в повседневной жизни, а переживания являются чрезмерными и необоснованными. Социофобии часто являются частью депрессивных и тревожно- депрессивных состояний или определяться в рамках некоторых личностных особенностей.

Социофобическое расстройство может быть изолированным и генерализованным. Изолированные ограничиваются профессиональной либо общественной деятельностью, представляют собой страх выполнения на глазах людей привычных действий, связанных с тревожными ожиданиями неудачи. Вне конкретных ситуаций в данных сферах – нет затруднения в общении и действиях. Например, человек боится ходить на собеседования, заводить новые знакомства, общаться с людьми противоположного пола и др. Генерализованная включает в себя почти все социальные ситуации вне семейного круга. Избегающее поведение может серьезно затруднять социальную и профессиональную деятельность.

Чаще всего люди с данным расстройством акцентируют внимание на сопутствующих синдромах. Среди больных, не проходящих лечение, преобладают лица с практически незаметными для окружающих социальными фобиями, которые не сильно влияют на повседневную деятельность.

Развитие социфобии часто связано с неблагоприятными психогенными факторами. Провоцирующими причинами развития расстройства могут являться конкретные ситуации из жизни человека или взаимодействия с определенной группой людей. Социофобии могут возникать периодически или иметь хроническое течение.

Синдром социофобии нередко сочетается с одним или несколькими психическими расстройствами и зависимостям. Из-за дефицита личных взаимоотношений и длительных периодов изоляции, в попытках избавиться от тревоги и депрессии, человек может прибегать к употреблению алкоголя и наркотических веществ. Часто социофобия может развиваться в рамках депрессии, панического и тревожного расстройства, невроза навязчивых состояний, осложняться бензодиазепиновой и алкогольной зависимостью. Возможна взаимосвязь с биполярным аффективным расстройством и расстройством дефицита внимания.

Симптомы социофобии

К врачу, люди с данным расстройством, обращаются редко и уже когда у них появляются другие сопутствующие расстройства. Признаки социофобии могут быть различны. Расстройство появляется незаметно, как для самого человека, так и для его близких, и со временем прогрессирует. Человек может отказаться от участия или посещения какого-либо события один раз, затем отказаться вновь, при схожих обстоятельствах. С течением времени, симптомы могут усугубляться, что приводит к еще большей изоляции.

Человек, страдающий социофобией, очень требователен к себе. Он убежден, что обязательно опозорится перед окружающими, его будут осуждать, потешаться над ним. Тревога ожидания негативных событий и поведение избегания являются неотъемлемыми проявлениями социальной фобии и чаще всего возникают в связи с возможностью попасть под наблюдение посторонних лиц. Пациент хочет убежать, спрятаться, любыми методами избежать обстоятельств, провоцирующих у него тревогу. Симптомы социофобии включают в себя когнитивные, эмоциональные и физиологические проявления:

  • завышенные требования к себе и своему поведению;
  • постоянное «проигрывание» в голове ситуаций, исполнения которых в жизни человек боится;
  • тревога и страх, перед определенными событиями, где задействованы другие люди;
  • для приступа паники может быть достаточно просто подумать о ситуации;
  • сложность коммуникации с другими людьми;
  • страх осуждения со стороны окружающих.

 

Когда человек находится в ситуации, вызывающей у него страх, или думает о ней, у него могут наблюдаться следующие физиологические и психологические нарушения:

  • тремор конечностей (дрожат колени, кисти рук);
  • тахикардия, потливость;
  • возможно нарушение координации движений;
  • тошнота, затрудненное дыхание, головокружение;
  • императивные позывы к мочеиспускани
  • раздражительность, нервозность;
  • затруднение в подборе слов, нарушение последовательного хода мыслей, снижение концентрации внимания.

Если вас беспокоят данные симптомы продолжительное время — это повод обратиться за специализированной помощью.

Часто в ожидании психотравмирующей ситуации человек, страдающий социофобией, фантазирует, как все его планы рушатся. Обдумывает свои действия при данной ситуации и как ее избежать. Социофоб панически боится критики в свою сторону и осуждений. После того, как травмирующая ситуация завершается, пациент размышляет о ней и проводит оценку своих действий, которые кажутся ему нелепыми и позорящими.

Расстройство вызывает «избирательную слепоту» к реальным фактам. Человек принимает только те факты, которые подходят под его искаженное видение мира, а аргументы, подтверждающие обратное – отвергает.

Потребность в одобрении и общении остается, но человек не может преодолеть страх враждебного настроя окружающих. В следствии этого, люди с социофобией могут случайно нарушать чужие границы, сталкиваясь после этого с негативной реакцией, что подкрепляет их переживания и убеждения. Поэтому окружающие могут подумать, что человек сам добровольно отстраняется от пребывания в компании

Бесплатная беседа «Альтер-фон» это предварительная беседу с нашими специалистами по телефону.

В течение 10-минутной беседы вы сможете обозначить или выявить свои проблемы, и понять, кто из врачей вам нужен и нужен ли вообще. Запишитесь на бесплатный разговор к специалисту

Социофобия и социопатия, в чем отличие?

Из-за созвучного названия социофобию часто путают с социопатией, но это два разных психических расстройства.

Социопатия — диссоциальное расстройство личности. Поведение человека носит асоциальный характер. На первом месте у людей, с диссоциальным расстройством, собственные желания, они не чувствуют обязанность в чем-либо перед другими.

В отличии от социофоба, такой человек не избегает контактов с другими людьми и не испытывает страх при общении. Склонен к импульсивным поступкам и агрессивному поведению. У социопатов отсутствует эмпатия, они не испытывают чувства вины, не способны формировать привязанности, чувства и потребности других людей им не важны.

Причины социофобии

Социофобия относится к группе тревожно-фобических расстройств. Заболевание инициируется в детстве или подростковом возрасте, гораздо реже после 25 лет.

Высокая предрасположенность к социофобии возникает у детей, в семье которых были люди с данным расстройством, провоцирующим фактором становится модель поведения члена семьи.

Расстройство развивается под воздействием психотравмирующего события. Это могут быть эпизоды насилия в школе, ситуации с потерей репутации в общественном месте или перед большим количеством людей и др. Пережитый негативный опыт, в силу возраста, неправильно интерпретируется подростком и вытесняется в подсознание. Вытесненный опыт не дает о себе знать до тех пор, пока не возникает похожая ситуация.

Склонность к социофобии может быть спровоцирована гиперопекой (свобода выражать собственные мысли, защита от социальных контактов и пр.).или наоборот недостатком внимания со стороны родителей. При недостатке внимания, у ребенка появляется дефицит базового чувства защищенности, формируется установка, что окружающий мир опасен. Если такая установка укореняется – повышается риск развития тревожных расстройств. При гиперопеке дети не имеют возможности полноценно взрослеть и становится независимыми. Зависимость от родителей не дает адаптироваться к общению с другими людьми, подросток начинает воспринимать мир, как опасную среду.

Социофобии развиваются и по причине продолжительного пребывания в стрессовых ситуациях (постоянные конфликты на работе, в учебном заведении, принижение или высмеивание в определенном кругу лиц). В последствии человек начинает переносить чувство угрозы с источника на других людей.

Проводились исследования для выявления причин социофобии путем изучения особенностей высшей нервной деятельности людей с данным расстройством. В ходе исследований было выявлено, что социальная фобия напрямую связана с дефицитом и дисбалансом некоторых нейромедиаторов. Возможной причиной может быть неправильное распределение серотонина в клетках мозга. Также к физиологическим причинам социофобии относят чрезмерное возбуждение некоторых зон головного мозга.

У людей с социофобией чувствительное миндалевидное тело – отдел лимбической системы, который отвечает за эмоциональное состояние человека и связан с переживанием страха. Также у многих обследованных пациентов очень восприимчива передняя поясничная кора, которая участвует в обеспечении когнитивных функций, таких как предвкушение критики или награды, управление импульсивностью и эмоциями.

Диагностика социофобии

Основным критерием для диагностики социального тревожного расстройства является иррациональный навязчивый страх оказаться в центре внимания или выполнять определенные действия в присутствии людей. Психолог проводит оценку степени нарушения качества жизни пациента. Нередко при социальной фобии присутствуют выраженные симптомы агорафобии и депрессии, которые могут усугублять состояние пациента и приводить его к полной самоизоляции.

Диагностика социальной фобии осложняется тем, что пациенты часто принимают за основную проблему чувство тревоги. При беседе выявляются конкретный ситуации, провоцирующие симптомы и диагностируется уровень нарушения в социальной и профессиональной сферах.

Дифференциальная диагностика с агорафобией проводиться на основе источника страха пациента. Агорафобия – расстройство психики, при котором человек испытывает страх в ситуациях, когда они чувствуют себя в ловушке, в местах, где нет возможности контролировать окружающие события или находясь далеко от своей зоны комфорта, это может быть открытое пространство, большое скопление людей, общественный транспорт, передвижение в одиночестве и др. Причиной развития агорафобии становится психотравмирующая ситуация. Расстройство сопутствует многим психическим заболеваниям, часто тревожному и паническому расстройствам, социофобии. Человек с агорафобией старается покидать дом только в сопровождении доверенных лиц, с которыми они чувствуют себя в безопасности (супруг, дети, друзья), поэтому часто агорафобы могут продолжительное время не покидать свою «безопасную зону». Зона комфорта, при данном расстройстве, может ограничиваться не только местом, но и определенным состоянием (страх зрительного контакта). Беспокойство обычно вызвано страхом приступа паники или беспомощности в общественном месте.

При социофобии первичен страх оценки действий, осуждения и унижения в обществе, а больные агорафобией боятся возникновения панической атаки или потери контроля над собой в ситуациях, которые они не могут избежать.

При депрессии человек может избегать общения из-за того, что оно не доставляет ему удовольствия. Диагноз депрессивного расстройства не ставят до выявления развернутого депрессивного синдрома.

Часто социальная фобия предшествует злоупотреблению алкоголем. Промежуток времени от начала проявлений социальной фобии до начала злоупотребления алкоголем помогает провести дифференциальную диагностику социофобии от алкоголизма.

Прогноз

Социофобия негативно влияет на качество жизни, человек находится в состоянии тревоги и напряжения в различных ситуациях, с участием других людей. При отсутствии своевременной диагностики и лечения, качество жизни, у пациента с социофобией постепенно снижается. Возникают проблемы с социальной жизнью (построить семью, найти друзей), меняется сам образ жизни. Человеку трудно обратиться за медицинской помощью, найти работу (отдает предпочтение вакансиям, не имеющим прямых или вообще никаких контактов с другими людьми), происходит застой в карьерном росте и социальных навыках. Неудобства приносят и усиливающиеся со временем физиологические симптомы. Без лечения социофобии может привести к полной самоизоляции больного.

Преодоление болезни самоизлечением возможно, если над страхом преобладает здравый смысл и сила воли. Для преодоления социофобии, необходимо проанализировать личный опыт в поиске психотравмирующего события, которое повлекло развитие расстройства. Необходимо бороться с укоренившейся в подсознании неправильной реакцией на ситуацию, правильно оценить ее и заменить на конструктивную. Однако самостоятельно вылечивать расстройство эффективно не всегда и не у всех, часто один человек не сможет справиться со своим расстройством.

Социофобия хорошо поддается лечению. Ранняя диагностика и назначенное лечение поможет избежать неадекватных способов адаптации человека к своему состоянию и развитию других психических расстройств на фоне основного.

Лечение социофобии

Многие пациенты с социальной фобией, принимают симптомы своей болезни за обычный страх, который может испытывать любой человек, в похожей ситуации, или проявлением личностных черт.

.           Психотерапия является основным и наиболее эффективным методом лечения данного заболевания. Чаще всего рекомендуется пройти курс когнитивно-поведенческой психотерапии. Целью психологической помощи в центре «Альтер» является создать условия, в которых пациент сможет справиться с возникающим у него состоянием в психотравмирующих ситуациях, раскрыть истинные причины возникновения социофобии, проработать их.

Когнитивно-поведенческая терапия нацелена на коррекцию физиологических реакций и стиля мышления пациента, а также иррациональных установок (неотвратимость неудач), в адекватную оценку обстоятельств, вызывающих страх на данный момент.

Данная методика может быть использована в индивидуальной и в групповой терапии. Индивидуальные сеансы помогут проработать страхи, вызывающие панику и физиологические реакции, в ответ на травмирующую ситуацию. Групповые сеансы позволяют пациенту избавиться от страха публичности, в не травмирующей обстановке, и для тренировки социальных навыков. Медикаментозное лечение сводит к минимуму вегетативные проявления социофобии (избыточная тревога, страх).

Длительность терапии зависит от давности социофобии и силы ее негативного влияния на сферы жизни конкретного человека. Не смотря на быстрое уменьшение соматических проявлений и тревожных переживаний к публичным действиям, модель избегания ситуаций может сохранятся длительное время, её возможно скорректировать и побороть с помощью сеансов психотерапии.

Квалифицированный подход, специалистов центра душевного здоровья «Альтер», к психотерапии и формированию индивидуальной программы лечения, приведут к скорому излечению от социофобии и вернут вас к полноценной жизни.

Наш блог

Читайте также

Шизофрения, 3 ч. Первые симптомы, предвестники заболевания
  • Статья
Шизофрения, 3 ч. Первые симптомы, предвестники заболевания

© Рассказывает Андрей Аркадьевич Шмилович, доктор медицинских наук, врач высшей категории, заведующий кафедрой психиатрии и медицинской психологии РНИМУ им. Н.И. Пирогова, главный врач клиники «Альтер» Предвестники заболевания Сегодня мы поговорим о самом начале шизофрении, о её доманифестном этапе, о её ранних симптомах или, как мы говорим, донозологических состояниях. В подавляющем большинстве случаев эти симптомы остаются либо незамеченными, либо замечаются, но интерпретируются пациентом, родственниками и врачами, в том числе и психиатрами, как совсем что-то другое. Может быть, кто-то и подозревает возможное развитие такой тяжёлой болезни как шизофрения, но предпочитает об этом не говорить, не пугать ни пациента, ни его близких и относятся к этому с недостаточной бдительностью. Как мы знаем, средний возраст начала этого заболевания приблизительно 20-25 лет. Именно на этот возрастной период приходится наибольшее число случаев начала манифестации болезни. Сегодня мы будем говорить о предвестниках, о продромальных состояниях, как мы говорим, или зарницах болезни, которые возникают ещё в школьном, а, может быть, даже в дошкольном возрасте. Шизоидный преморбид Начать следует с так называемого шизоидного преморбида. Что значит «преморбид»? «Морбис» – болезнь, «преморбид» – до болезни. «Шизоидный» – этот термин означает некоторые свойства личности характера, напоминающие явление аутизма. Это человек, который, начиная с дошкольного возраста, сторонится общения со сверстниками, уже в детском саду оказывается вне коллектива. Мы видим такого ребенка, который сидит в уголочке и абсолютно никак не реагирует на групповые, эмоциональные события, происходящие в его окружении. Он играет сам с собой, любые попытки воспитателей как-то вовлечь его в массовую социальную среду оказываются безуспешными или непродолжительными. Он не так эмоционален в контактах со своими братьями и сёстрами, он не так много и не так горько плачет, и не так радостно и не так искренне смеётся, как его сверстники. Одновременно с этим он обнаруживает довольно высокий уровень интеллектуального развития, как правило, он очень дотошен в своих знаниях и, начиная с первых классов школы, многие учителя ставят его в пример, демонстрируя, прежде всего, праведность его поведения и дисциплину. Такие дети в подростковом возрасте и даже раньше оказываются под прессингом большинства своих сверстников, которые не отличаются примерным поведением и начинают смеяться и порой издеваться над такими шизоидными личностями. Эти шизоидные личности часто подпадают под достаточно тяжелое, травмирующее влияние внешней среды, которое принято называть буллингом. С этим буллингом они борются внутри себя, потому что шизоидная личность предполагает очень высокий уровень интроверсии, то есть отсутствие потребности, а иногда и возможности проявлять свои чувства вовне. Они гипоэмоциональны, и у них всё кипит внутри, поэтому о буллинге, и о том, что происходит в школе, что происходит в душе такого подростка, родители не знают. Он приходит домой, достаточно сухо общается с ними, скупо делится жизненными проблемами и эмоциями, уходит в свою комнату, где закрывается и уже никто его не видит. При всей такой внешней благополучности, мы прекрасно понимаем, что это психологически тревожные факторы, есть какие-то аффективные моменты, они присутствуют и составляют большую часть психической жизни этого шизоидного подростка. Шизоиды бывают разные Выделяют так называемых сенситивных и экспансивных шизоидов. Сенситивный шизоид – это тот аутист, который внутри себя переживает большое количество проблем. Как раз то, что я описывал, от слова «сенсор», они очень чувствительные, ранимые, их называют иногда даже «мимозоподобные» – это такие хрупкие, как стекло, люди, которые легко расстраиваются и переживают, во всём происходящем вокруг находят что-то травматичное. У таких шизоидов в преморбиде, как я уже говорил, то есть до болезни, частенько появляются подозрения, что окружающие относятся к ним крайне негативно. Они начинают подозревать конкретных людей в негативном отношении, подумывают о том, не находятся ли эти люди в сговоре друг с другом, не планируют ли они напакостить ему и так далее. Это так называемые сенситивные идеи отношения, которые формируются очень часто в душе таких шизоидных сенситивов, и это может в дальнейшем стать первоосновой для параноидного синдрома, который разовьется во всей своей красе, если болезнь начнётся. Экспансивный шизоид – это человек, который достаточно активен, оставаясь при этом аутистом, мизантропом, далеким от близких, человеческих, душевных отношений с окружающими. Тем не менее, проявляет высокую активность. Допустим, для достижения своей цели у этих личностей появляется какое-то сверхценное увлечение. Очень часто в подростковом возрасте у экспансивных шизоидов возникает феномен метафизической интоксикации, или философической интоксикации, когда они полностью с головой уходят в какую-то философскую тему, в какое-то, например, религиозное направление. Или, например, очень активно увлекаются биологией, географией, геологией, историей, математикой, физикой и глубоко-глубоко уходят в суть этого предмета, этой дисциплины, абсолютно забывая, что существует ещё и что-то другое. Они склонны к таким сверхценным формированиям, как мы говорим, к сверхценным увлечениям, которые в дальнейшем могут оказаться патологическими. Эти патологические увлечения, в случае, если начнется болезнь, могут также включиться в структуру будущего шизофренического психоза. Юношеская астеническая несостоятельность Из предвестников болезни мы также отмечаем явление так называемой юношеской астенической несостоятельности, когда подросток, достигший какого-то результата, особенно в учебе, в том числе в социальных контактах, вдруг в какой-то момент резко сдувается, как будто его заменили. После очередных летних каникул возвращается в школу и перестает посещать занятия, общаться со сверстниками и начинает жаловаться на слабость, вялость, утомляемость, на невозможность совершать простые, элементарные действия. Основным местом его пребывания оказывается диван, интернет, компьютер. Такое резкое энергетическое падение подростка в преморбиде шизофрении должно настораживать близких, потому что это может быть первым звоночком, зарницей будущей болезни, о которой говорить еще пока рано. Форпост-симптомы Из предвестников мы выделяем ещё и так называемые форпост-симптомы, они возникают в любом возрасте и представляют собой кратковременные или, как мы говорим, кратковременные, транзиторные, психотические вспышки. Это может быть, например, какая-то элементарная галлюцинация, которая возникла вдруг в один момент и потом также быстро исчезла спустя несколько минут. Или, например, вдруг ребёнок услышал голос Бога, который что-то ему такое сказал, после чего у него наступило озарение. Больше никакого голоса, ничего в дальнейшем не слышал, но, тем не менее, вот этот форпост-симптом, этот двухминутный диалог со Всевышним, остался в его психике и стал почвой для дальнейших интерпретаций, переработок, размышлений на эту тему, для формирования будущей бредовой концепции, опять же связанной с этим голосом. Или в качестве форпост-симптома может быть какой-то зрительный образ, галлюцинаторное явление, которое частенько бывает у детей, которое многие врачи относят к состояниям, связанным с интоксикацией. Например, ребёнок или подросток, заболевший гриппом, с высокой температурой находится у себя в комнате, и вдруг на стене начинают появляться чудища, возникают какие-то зрительные, кошмарные, гигантские люди, в комнату заходят инопланетяне, которые устанавливают с ним контакт, начинают общаться. Потом это всё проходит. Мы говорим, что это был такой экзогенный психоз, похожий на интоксикационный, инфекционный делирий, но мы прекрасно понимаем, что это некий субстрат, который в последующем нашёл своё развитие уже в патологическом периоде, когда болезнь уже началась. Важность первичной профилактики В обнаружении подобного рода расстройств важна первичная профилактика такого тяжелого заболевания, как шизофрения. Но как эту первичную психопрофилактику осуществить организационно, если такие дети и подростки не доходят до врачей психиатров? Единственный, с моей точки зрения, выход – это организация психиатрической или психолого-психиатрической диспансеризации школьников. Ведь все же проходят в определённом возрасте врачей, чтобы предупредить гипертоническую болезнь, онкологическое заболевание, сердечно-сосудистые расстройства и так далее. Почему бы в этот формат не включить консультацию психолога или психиатра? На мой взгляд, в половине из 1000 случаев возможного заболевания мы можем оказать профилактическую помощь, предупредив начало болезни, или в значительной степени отсрочив ее, или немножечко смягчив ее начало, сделав менее травматичной и снизив тяжесть социальных последствий этого болезненного удара по психике и по жизни человека. Мы готовы вам помочь Я настоятельно рекомендую всем, кто меня слушает и у кого есть симптомы, о которых я говорил, не стесняйтесь обращаться к врачам, к психиатрам, приходите на консультацию с профилактической целью. Лучше перестраховаться и убедиться, что это ложная тревога, либо в случае, если есть реальный повод для беспокойства, предупредить эту страшную болезнь шизофрению, о которой я буду говорить в дальнейшем. Обращайтесь. Не стесняйтесь. Мы готовы вам помочь.

О тяжелом психическом состоянии
  • Статья
О тяжелом психическом состоянии

В клинической психиатрии довольно много ситуаций, которые для нас психиатров оказываются очевидными, прежде всего, с медицинской точки зрения. Мы видим состояние больного, мы знаем, что это состояние связано с той или иной болезнью. Мы сравниваем это состояние с теми, что есть в нашем клиническом опыте, об этом написано в учебной литературе. Мы знаем это по статьям, по научным исследованиям. Мы понимаем в разговоре, в беседе, что перед нами пациент, нуждающийся в лечении. При чем, как правило, обязательно нуждающийся в лечении с акцентом на слово «обязательно».   Однако парадоксально, но именно в этих ситуациях, где пациент обязательно нуждается в лечении, в большей части случаев  встречаются состояния, при которых сам пациент себя душевнобольным не считает.   И сам пациент в таких ситуациях относится к тому, что с ним происходит, отнюдь не так, как относятся к этому его врачи. В этом заключается,   пожалуй, одна из самых главных практических проблем мировой психиатрии, которую мы называем проблемой критического отношения человека к своему психическому состоянию. Проблема осознания своей болезни и проблема комплаенса.   Комплаенс – это феномен, указывающий на содружественность действий врача и пациента в лечебном процессе, когда пациент понимает, что ему надо лечиться, что его состояние тяжелое, что в той или иной ситуации ему нужна госпитализация, и что необходимо принимать лекарства. И вот этого комплаенса, к сожалению, в большинстве случаев, когда речь идет о тяжелом состоянии, нет.   В этих ситуациях, когда происходит обострение болезни, а ещё хуже, когда происходит начало болезни, её манифестация, иногда бывает так, что необходимость лечения очевидна не только врачам, но и всем окружающим, всем близким людям этого пациента, которые искренне хотят помочь ему. Но убедить его в том, что необходимо лечь или хотя бы обратиться к врачу-психиатру не получается.   Что в этих ситуациях делать? Особенно тогда, когда мы говорим о тяжелых психических расстройствах, которые могут представлять опасность, например, для самого пациента, а иногда для окружающих. Иногда болезненные переживания душевнобольного человека столь тяжелы, что он не отдаёт отчета в своих действиях. У него меняется восприятие происходящего вокруг, и те люди, которые на самом деле испытывают к нему добрые  и теплые чувства, превращаются в его восприятии во врагов, в тех, кто очень опасен. И он начинает атаковать этих врагов. В этом случае возникают те самые риски, о которых я уже говорил.   Или у пациента возникает состояние, когда он настолько глубоко уходит в депрессию, настолько тяжело переживает свою мнимую несостоятельность,  сильно фиксируется на мыслях о нежелании жить, что его суицидальный риск оказывается очень высоким. И мы понимаем прекрасно, что если мы не окажем помощь такому пациенту, мы можем его просто потерять.   Как в этой ситуации поступить? Что в этой ситуации сделать? Существуют различного рода психологические способы, с помощью которых мы можем найти какие-то альтернативные мотивации для обращения к врачу- психиатру. Например, найти какую-то вторичную выгоду, с помощью которой этот человек может обратиться за помощью к врачу. Эта выгода может для него сулить какие-то перспективы в будущем. Например, наш пациент – это студент, который никак не может подготовиться к сессии, у него не получается сдать зачёты, над ним нависла угроза отчисления из вуза. И тут мы ему объясняем, что ты хоть и не считаешь себя больным человеком, но высока вероятность того,  что стресс, который ты получаешь в институте, столь велик, что именно из-за него ты не можешь сдать сессию. Возможно, ты имеешь право получить академический отпуск, но для этого тебе необходимо медицинское заключение, поэтому должен пойти к врачу. Вот эта дополнительная мотивация может сработать.   Такая же история может быть с человеком, который не может выйти на работу, и над ним нависла угроза увольнения. Или такая ситуация может быть связана с тем, что человек, допустим, оказался в серьезных финансовых затруднениях на текущий момент времени. И тогда госпитализация в психиатрическую больницу могла бы частично эту проблему решить. И много других вопросов, которые не имеют прямого отношения к пониманию того, что ты болен, да и к тому, что надо принимать лекарство, но которые относятся к так называемым побочным мотивациям.   В некоторых ситуациях мы видим, как родственники используют разного рода, не очень этичные, нелицеприятные, на первый взгляд, способы. Они пытаются использовать шантаж, угрозы или говорят о возможном столкновении личных, конфликтных интересов, когда решается вопрос о госпитализации. Насколько это гуманно и насколько это допустимо, решать конечно не мне, это вопросы этики, которые в каждой семейной,   жизненной ситуации решаются по-своему, индивидуально. Этика всегда была довольно субъективной категорией, но я всё-таки сторонник того, что когда мы имеем дело с действительно опасными последствиями, и риск их очень высок,  не так важно то, какими методами мы добиваемся своей цели.   Естественно эти способы тоже могут исчерпать себя, естественно в этой ситуации наш пациент продолжит находиться в очень опасном,  рискованном для себя и тяжёлом для своих субъективных ощущений психическом состоянии. В этой ситуации встает вопрос о возможности недобровольного освидетельствования этого пациента врачом-психиатром или недобровольной госпитализации. Это то, что мы психиатры всегда стараемся избежать. Максимально возможными способами уговорить, убедить всё-таки пациента в том, чтобы он дал согласие, показав ему его болезнь.   Но одновременно с этим мы понимаем, что все наши попытки убеждения или демонстрации болезненности его психического состояния разбиваются именно о камень вот этой некритичности, которая сама по себе является симптомом не просто болезни, а тяжёлой болезни.   В этой ситуации на помощь приходит Закон о психиатрической помощи и правах граждан при её оказании. В этом Законе одна из статей регламентирует порядок недобровольного освидетельствования или недобровольной госпитализации в психиатрическую больницу. Об этом я чуть позже скажу в другом видео, но сейчас я бы хотел обратить внимание на действия родственников, на конкретные практические рекомендации.   Как быть родственникам в том случае, если состояние больного уже возбуждённое? Если он мечется по квартире, если он говорит вещи, смысл которых вы понять не можете, если в его состоянии есть какое-то излишнее возбуждение, или наоборот, какая-то особая заторможенность? Если он застыл, глядя в одну точку, и не реагирует никак на любую обращенную к нему речь? Если он с кем-то разговаривает вслух или замыкается в себе, категорически отказываясь от каких-либо контактов? Если он отказывается от еды и куда-то пропадает, днями, сутками и возвращается домой в ужасном, санитарно-запущенном виде?..   Многие родственники задают эти вопросы, особенно когда это касается их безопасности или безопасности их детей, безопасности нашего пациента.   Единственной рекомендацией в таких ситуациях, которую мы можем дать таким родственникам, это обратиться за помощью в полицию. К сожалению, мы не можем избежать в части случаев именно участия этих служб. Важно, чтобы те сотрудники полиции, которые окажутся задействованы в этом деле, были максимально корректны, максимально толерантны, использовали наиболее мягкие способы физического успокоения наших пациентов. Я могу сказать, что в Москве в этом смысле ситуация в значительной степени улучшилась по сравнению с былыми временами.   Сегодня те полицейские, которые оказываются в ситуациях, требующих недобровольного освидетельствования психиатров или госпитализации в психиатрический стационар, ведут себя, по моему опыту, весьма и весьма корректно. Делают это максимально мягко и этично.   Конечно, здесь человеческий фактор играет определенную роль, и это во многом зависит от степени психомоторного возбуждения пациента, находящегося в тяжелом психическом состоянии. Я думаю, что особенности поведения полицейских при задержании такого пациента во многом зависят и от того, как ведут себя родственники, близкие люди. Если полицейский видит, что близкие, родственники относятся к человеку с большой заботой несмотря на его непотребное поведение, то они понимают прекрасно, что их действия должны быть созвучными и по-человечески гуманными.   В тех случаях, когда пациента удается переместить в участковое отделение полиции, как правило, максимально быстро вызывается бригада «Скорой психиатрической помощи», которая обязательно в свой состав включает опытных врачей-психиатров, которые работают в психиатрии уже много лет, и имеют достаточно большой опыт работы с такими состояниями. И вот здесь возникает вопрос о правомочности такого освидетельствования.   Как правило, освидетельствование правомочно в связи с тем, что есть возбуждение, представляющее опасность для пациента или его окружающих, и оно может нанести существенный вред.   Дальнейшие действия врачей-психиатров во многом связаны с тем, как им удаётся уговорить, убедить пациента. Большая часть пациентов, которые категорически отказывались от госпитализации, находясь дома, оказавшись в условиях, когда их смотрит врач-психиатр, соглашаются на эту госпитализацию. Они начинают  понимать, что раз уж так много людей озабочены их поведением и состоянием, наверное, всё-таки что-то не так. И под тем или иным предлогом подписывают согласие.   Ещё какая-то часть пациентов подписывает согласие в приемном отделении больницы, стационара, куда их привозит бригада «Скорой психиатрической помощи».   В случае если этот пациент не дает согласие, а основания для этой госпитализации по Закону об оказании психиатрической помощи имеются, тогда этот пациент помещается в психиатрическое отделение и с ним начинают лечение. Но по Закону, в течение 48 часов врачи-психиатры должны провести большую, расширенную врачебно-консультационную комиссию в составе минимум 3 человек (обычно участвует больше врачей-психиатров). И результаты этой комиссии должны быть в течение 48 часов рассмотрены в судебном порядке на судебном заседании, которое проводится прямо в отделении.   Если судья, участвующий в этом видит, что недобровольная госпитализация действительно обоснована в соответствии с этим Законом, то судья признает эту госпитализацию правомочной. Пациент в течение месяца может по решению суда находиться на лечении в психиатрической больнице недобровольно.   Может так случиться, что судья признает эту госпитализацию неправомочной, в том случае, если не увидит там никаких показаний. Если это происходит, то прямо в этот момент заседания суда, пациент отпускается из отделения, едет домой. Но это редкий случай, но если такое происходит, мы  стараемся даже в этих ситуациях сохранить с пациентом продуктивный контакт, чтобы у него всегда была возможность обратиться хотя бы амбулаторно за психиатрической помощью в том случае, если его состояние всё-таки в норму так и не придёт.   Уважаемые родственники пациентов, убедительно вас прошу от лица всех своих коллег и от себя лично. Постарайтесь максимально толерантно и корректно относиться к тем случаям, когда кто-либо из ваших близких вдруг начинает вести себя как-то странно, как-то необычно и с вашей точки зрения болезненно, психопатологично. Это не повод для усмешек, ухмылок, игнорирования или какого-то унижения и оскорбления. Это повод для того, чтобы экстренно оказать медицинскую помощь такому человеку, это симптомы болезни. Это не плохое поведение, это болезненное поведение. Убедительно вас прошу быть в таких ситуациях нашим союзником.   ©  Автор статьи – Андрей Аркадьевич Шмилович, доктор медицинских наук, врач высшей категории, заведующий кафедрой психиатрии и медицинской психологии РНИМУ им. Н.И. Пирогова, главный врач клиники «Ре-Альт».

О расстройствах пищевого поведения
  • Статья
О расстройствах пищевого поведения

Еда — источник жизни и энергии. При всем разнообразии блюд, их доступности и в целом развития кулинарии в современном мире, есть люди, которые находят в сложных отношениях с едой. И таких людей очень много… Официальной статистики заболевания в нашей стране нет, но многочисленные исследования показывают, что РПП — одно из самых распространенных и опасных расстройств в мире. Каждые 62 минуты от него умирает минимум один человек. Разберемся, что такое расстройство пищевого поведения, какие виды РПП существуют, почему они возникают, к кому обращаться за помощью и как их лечить? РПП — это группа психологически обусловленных расстройств, связанных с приемом пищи и негативно влияющие на физическое здоровье человека. Самыми известными и распространенными формами РПП являются нервная анорексия и булимия. На самом деле их гораздо больше, и список ежегодно пополняется. Развитие подобных  расстройств чаще связано с психологическими проблемами и могут случиться у людей любого пола, возраста и финансового положения. ВИДЫ РПП

Про тревожно-депрессивное состояние
  • Статья
Про тревожно-депрессивное состояние

Тревожно-депрессивным состоянием принято называть депрессию, которая помимо своего основного клинического проявления (тоски, меланхолии, глубокой скорби) еще и проявляется тревогой. Тревога и депрессия на самом деле взаимосвязанные вещи. Очень часто тревога коморбидна депрессии. И это не случайно. Это объяснимо теми биологическими субстратами, которые вызывают депрессию и тревогу — они одинаковы. Известно, что и в том и в другом случае в организме человека очень высокий уровень кортизола и адреналина, глюконата и других нейротрансмиттеров, которые могут так или иначе провоцировать как депрессивные, так и тревожные состояния. Тут важно понимать, что тревога без депрессии всегда ассоциирована с какой-то внешней ситуацией. Человек переживающий тревогу с какими-то внешними обстоятельствами. может оказаться абсолютно психически здоровым и ему не потребуется назначение антидепрессантов. Мы всегда видим эту связь тревоги с какой-то конкретной ситуацией. А тревога при депрессии отличается своей автономностью, неопределенностью. И в этой неопределенности тревожный человек тревожиться еще больше. Непонимание того с чем связана тревога вызывает еще большую тревогу. И конечно, уровень тревоги при депрессивных расстройствах очень тяжелый, очень выраженный. Вызывает массу соматических жалоб и симптомов — это бурные вегетативные проявления, связанные с сердечно-сосудистой системой, с дыханием, с желудочно- кишечным трактом, с кожей, со многими другими системами. И все это приводит тревожно-депрессивных пациентов не к психиатрам, а к другим врачам: терапевтам, неврологам, хирургам. И, в конечном, итоге к сожалению мы часто наблюдаем, что этот витиеватый маршрут оказывается потеряй времени довольно существенной. В результате которой правильное лечение начинается гораздо позже, чем хотелось бы. Нужно сказать, что тревожно депрессивные состояния нередко заканчиваются и печально. Депрессия, как и многие другие заболевания при которых есть нарушения настроения — к сожалению одно из самых суицидно-опасных состояний в психиатрии. И появление тревоги при депрессии увеличивает риск в разы, потому что тревога, к сожалению, придает меланхолическому мировоззрению человека утратившему смысл придает энергию для совершения суицида. И очень часто тревожные состояния возникают при депрессиях ранних утром. Мы знаем, что пациенты с депрессией плохо спят и сон становится поверхностный, насыщенный множеством страшных кошмарных сновидении, присутствует обычно ранее 3-4 часовое пробуждение сопровождается мощной тревогой, которая тянет их к окну. Статистика говорит, что большинство суицидов происходит в утренние часы, причем в ранние утренние часы. И это время считается суицидно-опасным, потому что в это время тревога максимальна. С этим связаны и многие другие вещи, допустим понятие как симпатикотония. Это нарушение нервной системы при котором очень много адреналина выплескивается в кровь и в конечном итоге человек постоянно находится на высоком пульсе на высоком давлении, его слабит, или наоборот забор у него учащенное дыхание. все это сопровождается дополнительными приливами тревоги. И из-за этого пациент много спит и рано просыпается и в конечном итоге мы видим фатальные исходы.

Про биполярное аффективное расстройство
  • Статья
Про биполярное аффективное расстройство

Биполярное аффективное расстройство (БАР) — тяжелое психическое заболевание, характеризующееся колебаниями настроения и энергии с повторяющимися эпизодами депрессии, которые сменяются эпизодами мании или гипомании. БАР обладает высокой степенью наследуемости. Раннее начало, хроническое течение и отсутствие оптимального лечения делают его одним из самых инвалидизирующих заболеваний. Распространенность биполярного расстройства всего спектра в течение жизни оценивается в 2–4% населения в целом, и это шестая ведущая причина нетрудоспособности во всем мире. Средний возраст дебюта биполярного аффективного расстройства разнится. Согласно эпидемиологическим исследованиям, пиковый период приходится на 20 лет. Также сообщается, что примерно 20% от всех больных проявляют некоторые признаки болезни в подростковом возрасте, около 50% — к 30 годам и 99% — к 60 годам. В целом данные указывают на то, что БАР чаще встречается у женщин, однако болезнь широко распространена и среди мужчин. В настоящее время не обнаружена связь между заболеваемостью и принадлежностью к какому-либо социальному классу. Для сравнения, среди больных шизофренией наблюдается отчетливый нисходящий социальный дрейф.

Что такое синдром Аспергера?
  • Статья
Что такое синдром Аспергера?

Этот синдром описал известный австрийский психиатр Ганс Аспергер, который написал его параллельно и независимо, да, от описания нашего отечественного основоположника детской психиатрии Груни Ефимовны Сухаревой.   Эти два очень авторитетных исследователя мирового масштаба примерно одинаково описали такое состояние, при котором у детей в дошкольном возрасте формируются симптомы классического аутизма, с недоразвитием функций эмоциональных, аффективных, и с выраженной акселерацией в развитии интеллектуальных и когнитивных функций: функций мышления функций, операционных функций мышления, функции памяти, внимания и так далее.   По сути, мы говорим о такой форме раннего детского аутизма, при которой нет психопатологии, нет болезни, как таковой, то есть нет патологического субстрата. Есть просто какое-то, по всей видимости, пока трудно доказуемо, но все-таки наследственно обусловленная особенность развития психики.   В конечном итоге, дети с синдромом Аспергера вырастают, и во взрослом состоянии не обнаруживают признаков психического заболевания, но зато они обнаруживают признаки гениальности и признаки, позволяющие им такие особенности проявить такие особенности психики, которые делают их великими людьми.   Дети с синдромом Аспергера, безусловно нуждаются в не лечебном, не терапевтическом,  а прежде всего, в воспитательно-педагогическом, да, и психолого-коррекционном подходе.   С такими детьми очень много нужно работать индивидуально, очень много нужно работать коррекционно с их родителями и с теми педагогами, которые не так хорошо знают, как работать с детьми с синдромом Аспергера.   Здесь не нужно ничего лечить. Любое лечебное вмешательство, может навредить развитию ребенка и ухудшить его состояние, и вообще его жизнь, не говоря уже о том, что может погубить его талант.   Именно для таких детей,во многих странах придумывают особые условия для обучения, для образования, при которых они не будут подвергаться школьному буллингу, при которых они не будут находиться в постоянной оппозиции со сверстниками, с учителями, с родителями и так далее.   Дают им свободу передвижения, дают им свободу действий. Они могут долгое время, например, ничего не делать и не получать за это никакие взыскания. Но зато в те периоды, когда вдруг вдохновение их будет посещать, они окажутся невероятно продуктивны, производительны, в десятки, в сотни, в тысячи раз, опережая по своей производительности своих сверстников, а может быть даже и взрослых людей.   Из таких людей рождаются великие ученые. Из таких людей рождаются великие открытия всемирного масштаба. Таких пациентов, с таким синдромом, как описала Аспергер и Сухарева, очень мало. Это абсолютный эксклюзив, единицы. Такой золотой фонд нации, если можно так сказать, И вообще, наверное, всего человечества.   Поэтому их нужно холить, беречь, лелеять и ни в коем случае не травмировать, а наоборот помогать им развиваться и достигать своих успехов.